Правда-матка Териберки

11.02.2015 в 15:16, просмотров: 1907
Правда-матка Териберки

Одними из первых на широком экране фильм Андрея Звягинцева увидели жители Териберки. Кинокартину на её родину привезли журналисты телекомпании «Дождь». Несмотря на то, что многие люди, посмотревшие фильм до премьеры в Интернете, уже окрестили его антироссийским, териберчане произведением Звягинцева остались довольны и признали, что режиссёр точно отобразил положение дел в российской глубинке.

Расстрелянный дорожный знак

А атмосфера быта северян, показанная в фильме, бросается в глаза уже по дороге в село. Белоснежная тундра у самого горизонта практически сливается с пасмурным, облачным небом. Однотонный пейзаж разбавляют только редкие карликовые деревца на обочине да пластиковые оранжевые метки, указывающие границы дороги. Это не прихоть, а суровая необходимость. Несмотря на то, что трасса на Териберку в день премьеры была вычищена, дорожное полотно представляло собой хорошо укатанный снег с кое-где выглядывающим из-под него серым асфальтом. Без столбиков по обочинам разобрать границу, за которой зимняя трасса переходит в заснеженную тундру, трудно. Такая картина простирается до самого побережья Баренцева моря, на котором и стоит село. Тут постоянно дуют ветра, во время снегопадов нередко заметающие дорогу.

Пейзаж тяжёлый, но не лишённый своей северной суровой красоты. Вероятно, благодаря этому и попало это место в прицел видеокамер Андрея Звягинцева. На развилке между Туманным и Териберкой стоит синий облупившийся дорожный указатель, сообщающий, что до места назначения 42 километра. Табличка напоминает жестяное решето. Кое-где угадываются кучные следы от дроби ­ выстрела из охотничьего ружья, посередине и справа зияют несколько крупных дыр калибра посерьёзнее. Кто и когда развлекался на перекрёстке, расстреливая дорожный указатель, сейчас сказать сложно. Здесь художественный замысел режиссёра, показанный в одном из эпизодов картины, будто бы соприкоснулся с объективной реальностью.

Ровно через 42 километра приезжих встречает покосившийся указатель с названием «Териберка». Под мостом через одноимённую реку, растопырив ржавые металлические рёбра, лежат остовы огромных старых баркасов. Скелета Левиафана ­ кита, созданного декораторами специально для фильма, уже нет. Дома главного героя тоже нет: его построили не для жизни, а только для кинокартины и разрушили. Оставшиеся доски на свои участки растащили местные жители.

Счёты вместо калькулятора - привычнее

Дорога, ведущая в Териберку, заканчивается возле Дома культуры, где состоялась премьера. Дальше снегоходные трассы ведут к побережью сурового моря и ютящимся вдоль него домикам. Центр поселковой культуры, одетый в цветастые панели, кажется здесь чем-то инородным. На фоне старых двух-, трёхэтажных домов, зияющих провалами окон, почти дворцом.

Внутри чисто, светло и опрятно. На подоконнике в фойе лежит листок с текстом «Номер полиции» с указанием обычного мобильного телефона. Как объяснил один из местных жителей, в Териберке на несколько сотен оставшихся человек вся полиция - единственный участковый. И тот иногда вынужден работать на соседний Североморск-3 или дежурить в Коле, к которой прикреплён его отдел. Тогда село остаётся без представителя правопорядка.

Единственные дни, когда полицейских в этом населённом пункте видят люди, - большие праздники с народными гуляньями. Тогда из той же Колы приезжают ещё 4-5 человек «для усиления». Впрочем, напрасно. Когда в последний раз приходилось прибегать к помощи стражей правопорядка, мой собеседник так и не вспомнил.

Рядом с Домом культуры небольшой магазин. Судя по всему, единственный, который работал в выходной день. Здесь и хозтовары, и продукты. Продавщица в кофте и фирменном синем фартуке ведёт расчёт покупателей по старинке - на деревянных счётах, несмотря на то, что рядом лежит большой калькулятор. «Так привычнее!» - объясняет она и, узнав о том, что мы приехали из Мурманска, предлагает кофе. Простота общения, которую Звягинцев аккуратно перенёс в свой фильм, здесь проявляется во всём.

На улице в это время царит оживление. К Дому культуры со всех сторон со смехом и гомоном стягиваются териберчане. Кто попроще - пешком, более зажиточные из соседнего Лодейного - на своих автомобилях, среди которых преобладают внедорожники. Таковы особенности местного ландшафта, на седане, в прямом смысле, по дороге иногда можно сесть в лужу.

Фильм не про алкоголь

- Молодёжь, идём кино смотреть! Чаво мёрзнуть-та? - задорно зазывает нас в ДК проходящая мимо старушка. Она и ещё одна пожилая женщина на костылях старательно обходят сугробы, боясь, что костыль провалится. Но от помощи женщина отказывается: «Сама доковыляю».

Люди в Териберке преимущественно общительные и открытые. Правда, от диктофона и камеры шарахаются в стороны. Повышенное внимание прессы им в новинку. Некоторые признаются, что этот фильм уже посмотрели по Интернету, в ДК же идут для того, чтобы встретиться со знакомыми, посмотреть на заезжего артиста. Премьеру в Териберке посетил Валерий Гришко, режиссёр Самарского драмтеатра, сыгравший в «Левиафане» уже успевшую стать скандальной роль архиерея.

Особенно бросается в глаза большое количество детей. Обычно молодые семьи из сельской местности стараются уехать туда, где помноголюдней. Там больше возможностей и для родителей, и для детей. Однако из Териберки если и уезжают, то далеко не все. О чём говорит и главный герой кинокартины: «Здесь вся моя жизнь. Здесь и дед мой жил. Отец...».

Несмотря на то, что в фильме много сцен, связанных с употреблением водки, в селе пьяных не видно. Впрочем, режиссёр Андрей Звягинцев, показывая много пьющего главного героя, говорил совсем не про повальное пьянство в российской глубинке. Фильм не про алкоголь.

- Пьющий человек никогда не построит огромный дом ­ двухэтажный. У него хорошая машина, ­ объяснил поведение героя кинокартины Валерий Гришко. - Его начала убивать эта история, когда он оказался в ловушке вот этих сил, которые вокруг него. И отсюда водка, которая помогает впасть в беспамятство, снизить ту боль, которая невыносима ему. И это тоже, если образно говорить, тот же Левиафан, только он вползает с помощью водки. Кто как глушит своё бессилие, свою беспомощность. Люди же пьют не потому, что это вкусно, а потому - что это горько. Горько не то, что пьёшь, а то, что проживаешь.

Как оказалось, кино на большом экране в Териберке - настоящее событие. Даже если экран - простая светлая стена, на которую проецируется изображение. Подходящего полотна для экрана в местном центре культуры не нашлось. Последний кинопоказ в селе проходил в 1995 году.

В актовом зале к началу сеанса собралось около 300 человек. Отмечу, что в населённом пункте вместе с соседним Лодейным всего около 900 жителей. Помещение на такое число посетителей оказалось не рассчитано. Дополнительные стулья собирали по всем кабинетам Дома культуры, и всё равно часть зрителей весь сеанс провела на ногах.

Детей перед премьерой из зала попросили удалить. Даже несмотря на вырезанные из фильма маты, он всё же для взрослых. Расписку о том, что ребёнок присутствует на сеансе с его разрешения, написал всего лишь один родитель. Впрочем, юному териберчанину непонятное и тяжёлое кино наскучило уже спустя 20 минут, и он с отцом удалился.

Взрослая же аудитория до конца досидела в полном составе. В середине фильма, на сцене супружеской измены, вышла только одна старушка. «Расчувствовалась, - объяснила она. - Но фильм хороший».

Правда и кривда Териберки

Режиссёрская работа, игра актёров и до боли знакомые картины быта буквально очаровали териберчан. Из замечаний: мало пейзажей села и его окружения, чересчур большие окна в доме главного героя. «С такими окнами он за отопление не расплатится зимой», - смеялись люди.

- Смотреть можно, - сообщил невысокий пожилой мужчина с удивительно светлыми, почти прозрачными глазами, представившийся Геннадием. В селе он живёт уже 70 лет. Работал радистом первого класса на местной радиостанции. Затем вышел на пенсию да так тут и остался.

- Териберки-то, почитай, там и нет. Так, показана издалека. Сам фильм не про неё. Вот её бы полностью показали. Ведь три-четыре дома всего осталось. А раньше столько домов было, что можно было заблудиться. А сейчас в Лодейном основное селение, - добавил он.

- Отличный фильм, тяжёлый, правда. За душу берёт. Ничего оскорбительного в нём нет. Нормальный фильм, - поддержал Геннадия молодой паренёк, идущий следом.

Фильм для зрителя вышел действительно тяжёлый. Из зала териберчане выходили молча, с задумчивыми лицами.

А вот главе Териберки, Татьяне Трубилиной, такое кино пришлось не по душе. О чём она и сообщила на пресс-конференции, состоявшейся после кинопоказа: «Слишком много преувеличений. Например, слишком гротескно показан образ мэра. Да и вообще всё здесь преувеличено», - сообщила чиновник, чем вызвала ехидные смешки оставшихся в зале людей.

- Жалко, что не показали вот эти разбитые дома. Старый Дом культуры, например, который раньше был на въезде в Лодейное. Его тоже надо было показать. Может быть, тогда бы не было преувеличений, правда? Очень хороший фильм. Побольше бы таких, - возразила мэру женщина, представившаяся Екатериной Викторовной.

В Териберку на премьеру приехало и много мурманчан. Один из них, например, высказал мнение, что фильм Звягинцева опоздал лет на 15. Безнадёга в нём больше напоминает 90-е годы прошлого века, а не современность. «Ну нет у нас в Мурманской области такой безысходности», - резюмировал мужчина.

- Это у вас в Мурманске нет безнадёги, - возразили ему сразу несколько голосов. - У нас безнадёга есть везде. По всем посёлкам. Это у них нет, у правительства. Вы в Пушной, в Кильдинстрой загляните!

Впрочем, охотник за безнадёгой действительно из Териберки уедет не солоно хлебавши. Даже несмотря на низкие, мрачные тучи, отражающиеся в зеленоватой воде прибоя, в селе царит, скорее, умиротворение. Вкупе с почти идеальной тишиной, которую нарушает лишь далёкое тарахтенье трактора да лай собак, выглядит населённый пункт колоритно.

На то, что село вымирает, указывают только гниющие под снегом машины, ставшие, пожалуй, скорее нормой, чем исключением, даже для крупных городов периферии, пустующие здания с выбитыми окнами да цифры статистики: например, в 2002 году здесь насчитывалось 1367 жителей, а в 1959 году проживало 4762.

 

Уже на выезде из посёлка после премьеры заметил на обочине ещё один магазин. На обычной гаражной коробке красовалась табличка «Женская обувь». Вокруг из-под снега тоскливо таращились фары около пяти брошенных кем-то разномастных машин. На самом верху импровизированной торговой точки, то ли сообщая о патриотических чувствах владельца, то ли просто для красоты, развевался флаг Российской Федерации.



Партнеры